Добрые дела

Миллиардер, вложивший все состояние в чудо-госпиталь: Если мы не найдем пациентов, больницу придется закрыть

Уральский промышленник Владислав Тетюхин в 80 лет продал акции, и вырученные 3,2 миллиарда вложил в строительство уникального госпиталя. Но вместо чувства удовлетворения этот широкий жест принес меценату лишь головную боль…
Сразу видно, как Владислав Валентинович любит свой госпиталь

Сразу видно, как Владислав Валентинович любит свой госпиталь

Фото: Алексей БУЛАТОВ

УДОВОЛЬСТВИЯ ДЛЯ ИДИОТОВ

Я предлагаю Владиславу Валентиновичу встретиться утром у его подъезда в Верхней Салде. И уже оттуда поехать в его чудо-госпиталь. Но бывший миллиардер на полуслове осекает меня:

- Ни в коем случае! Ты умрешь от ужаса, если увидишь мой дом!

Характеристика очень интригует. Но 83-летний Тетюхин упорно стоит на своем. В итоге сходимся на том, что Владислав Валентинович подберет меня на выезде из Салды. В 8 утра в условленном месте задняя дверь старенькой «Тойоты Камри» распахивается и оттуда показывается приветливое лицо.

Большую часть жизни Тетюхин прожил в Верхней Салде

Большую часть жизни Тетюхин прожил в Верхней Салде

Фото: Алексей БУЛАТОВ

- После того, как расстались с миллиардами, от личного водителя все-таки не отказались? – замечаю я, глядя на бойкого шофера, лавирующего по бездорожью.

- Наоборот! Он появился только тогда, когда я ушел с «ВСМПО-АВИСМА» (Тетюхин был гендиректором предприятия, которое снабжает почти весь мир титаном – прим. ред.), - хмыкает Владислав Валентинович. – Видишь, сейчас приходится 40 километров каждый день ехать до работы. А раньше вышел из дома,10 минут пешком, и ты уже на заводе.

- А зря все-таки не захотели показывать свой дом. Что же там такого жуткого?

- Ну начнем с того, что он бело-желто-коричнево-серого цвета. Ни разу у маляров краски не хватило покрасить его полностью. Вот они и делали его по кусочкам. Это обычный трехэтажный дом конца 30-х годов. Мы с женой живем в нем еще с начала 90-х – в трехкомнатной квартире. У меня трещина идет через весь потолок. Ее сколько не замазывай, она все равно появляется. Капремонт в этом году должны были делать. Но начали только в конце сентября. Так что к снегу успели разобраться только с одной стеной…

В этом доме бывший миллиардер живет уже больше 20 лет

В этом доме бывший миллиардер живет уже больше 20 лет

Фото: Алексей БУЛАТОВ

Тетюхин прерывается, открывает старенький кейс и извлекает оттуда шоколадную плитку.

- Перед рабочим днем самое то зарядиться энергией, - подмигивает он и протягивает увесистый ломтик. Следующая порция отправляется водителю. – Евгений Павлович, подкрепись!

Но шоколад не отвлекает от повисшего в воздухе вопроса.

- Как человек с 3,5 миллиардами рублей мог жить в обшарпанной салдинской квартире с трещиной во весь потолок? Да еще и на работу ходить пешком? – расправившись с «завтраком», интересуюсь у Владислава Валентиновича.

- Ну, а как еще добираться, если завод через два дома от меня?

- И в продуктовый магазин сами ходили?

- Не. И тогда, и сейчас жена ходит (смеется). Но по воскресеньям, когда у меня выходной, я ей помогаю.

А как же частный самолет, футбольный клуб, необитаемый остров?

- Это все удовольствия для идиотов, - без тени улыбки отвечает человек, который в 2008 году занимал 153-е место в списке самых богатых людей России по версии «Форбс». - Даже будучи гендиректором, я в Америку по делам летал «эконом-классом». Точнее туда «бизнесом», чтобы отоспаться перед переговорами. А обратно уже «экономом», ведь отдохнуть можно было после прилета дома. Пойми, Салда – большая деревня. У нас все всё знают. И мужики сразу бы поставили на место, если бы узнали, что какой-то там начальник тратит большие деньги на перелеты.

Рабочий день у нашего героя начинается еще в машине

Рабочий день у нашего героя начинается еще в машине

Фото: Алексей БУЛАТОВ

- А как у вас оказалось 30 процентов акций «ВСМПО-АВИСМА»?

- В 94-м году предприятие акционировалось. Акции раздавались среди всех сотрудников. Количество зависело от вклада в развитие завода, от стажа. А я проработал на предприятии тогда уже 20 лет. Когда в 90-е титан резко стал не нужен нашей оборонке, мы заключили контракты с «Боингом», с другими мировыми компаниями. Вот у меня и оказалось 30 процентов.

- Поясните мне, пожалуйста, как гуманитарию, эти акции куда-то можно было вкладывать, зарабатывать на них?

- Как ты на них заработаешь? – снисходительно улыбается Тетюхин. – Это же активы. Их можно только продать. Они у меня просто лежали.

- Дома в шкафу?

- Конечно, нет, - бурчит Тетюхин. – В специальном учреждении.

- То есть свои миллиарды вы так и не увидели?

- Увидел. Один раз в 2008 году, когда продал акции. Но тут же вложился в строительство госпиталя…

Владислав Тетюхин сразу располагает к себе и моментально производит впечатление «твоего дедушки». В затертой куртке, с житейскими шутками. Действительно, какие уж тут миллиарды и дольче вита. Но…

- Раньше мы зимой часто ездили кататься с сыновьями и их семьями в Альпы, - признается филантроп. – А летом на ледники в Швейцарии. Там красота невероятная.

Владислав Тетюхин очень любит горнолыжный спорт

Владислав Тетюхин очень любит горнолыжный спорт

Фото: Архив "КП"

- Кстати, как ваши наследники отнеслись к тому, что вы все семейное состояние вложили в строительство госпиталя? Сыновья не были против?

- А я у них и не спрашивал. У сыновей ведь свой бизнес есть. Дмитрий занимается производством эндопротезов из титана, Илья - медицинской мебелью. Нет, я им, конечно, сказал о своих планах. Но не более.

Разговор закономерно переходит к краеугольной теме: зачем успешному состоявшемуся человеку – генеральному директору одного из крупнейших производств титана в мире – понадобилось строить баснословно дорогой лечебно-реабилитационный центр за свой счет?

- Захотелось, чтобы у нас на Урале условия лечения были не хуже, чем в Германии, - говорит Тетюхин.

Сутулый, скромно одетый пожилой мужчина не привлекает ни одного взгляда. Кажется, в здание заходит еще один пациент, а не генеральный директор госпиталя, который стоил 4 с лишним миллиарда рублей

Сутулый, скромно одетый пожилой мужчина не привлекает ни одного взгляда. Кажется, в здание заходит еще один пациент, а не генеральный директор госпиталя, который стоил 4 с лишним миллиарда рублей

Фото: Алексей БУЛАТОВ

«БЬЮСЬ ГОЛОВОЙ ОБ СТЕНУ»

До начала 80-х будущий меценат возглавлял сектор лаборатории на «ВСМПО» в Салде. А потом на 12 лет уехал в Москву, где стал начальником научно-исследовательского отделения института авиационных материалов. В 1992 году ему предложили вновь вернуться в Верхнюю Салду и стать руководителем предприятия.

- В Москве я очень любил один небольшой кинотеатр, - вспоминает Тетюхин. - Там показывали элитные фильмы. И когда меня снова отправили на Урал, я договорился с руководителем кинотеатра, чтобы мне переписали все эти картины. Я хотел сделать в салдинском дворце культуры малый кинозал и показывать там Феллини, Антониони, ну то есть всех великих режиссеров…

Не вышло. Жители Салды воротили нос от заморского арт-хауса. Вопрос наполняемости сейчас, увы, стоит и перед госпиталем.

В госпитале все сотрудники обожают Тетюхина

В госпитале все сотрудники обожают Тетюхина

Фото: Алексей БУЛАТОВ

«Тойота Камри», наконец, подъезжает к детищу Владислава Валентиновича. Вокруг аккуратные аллеи, фигурный фонтан, ажурные скамейки и старинные уличные фонари. Просторное крыльцо под стеклянным навесом и вовсе напоминает парадный вход в пятизвездочный отель, нежели в больницу. Но промышленник не спешит выходить из машины. Он увлеченно рассказывает, что в его навороченном лечебно-реабилитационном центре можно делать до 4500 операций в год.

- А сейчас к октябрю сделано меньше двух тысяч! – Тетюхин неожиданно повышает голос и бьет кулаком по своему кейсу. - По операционным мощностям мы соизмеримы с государственными госпиталями, а по реабилитации мы их превосходим. Но госцентры получают квоты, а мы, как частно-государственное предприятие, нет!

Тетюхин искренне интересуется здоровьем каждого пациента

Тетюхин искренне интересуется здоровьем каждого пациента

Фото: Алексей БУЛАТОВ

Дело в том, что лечение в «Тетюхинском госпитале» за свой счет будет стоить минимум 130 тысяч рублей. Понятное дело, у большинства уральцев таких денег нет. Поэтому за пациентов платит областное правительство – они выделяют деньги, чтобы было сделано порядка 1500 операций. Но чтобы госпиталь функционировал в полную силу, этого мало.

Владислав Тетюхин хочет, чтобы деньги выделялись еще и из федерального бюджета. Однако квоты по закону полагаются только государственным больницам. Вот и приходится уникальному медучреждению простаивать.

Тетюхин писал письма с просьбой помочь и в Министерство здравоохранения, и в Совет Федерации. Однако ответов ему так и не пришло.

Письма чиновникам с просьбами помочь занимают у Владислава Валентиновича внушительную папку

Письма чиновникам с просьбами помочь занимают у Владислава Валентиновича внушительную папку

Фото: Алексей БУЛАТОВ

- Сейчас вопрос стоит так – или государство все-таки выделяет нам квоты, и тогда госпиталь будет жить, или он просто закончится. Представьте, что вы создали супер-самолет. А он не летает, а стоит в аэропорту, - с горечью делится меценат.

Чтобы отогнать от Владислава Валентиновича мрачные мысли, прошу его показать мне госпиталь. Сутулый, скромно одетый пожилой мужчина не привлекает ни одного взгляда. Кажется, в здание заходит еще один пациент, а не генеральный директор госпиталя, который стоил 4 с лишним миллиарда рублей (3,2 миллиарда потратил сам Тетюхин и еще 1 миллиард дало областное правительство).

У самой двери экс-олигарх оглядывается на меня и строго говорит:

- А ну надевай бахилы! Недавно байкер Хирург приезжал посмотреть, так я и его заставил переобуться.

Внутри экс-миллиардер раздевается в общем гардеробе и ведет меня в свой просторный кабинет.

Тетюхин по 12 часов шесть дней в неделю занимается развитием госпиталя

Тетюхин по 12 часов шесть дней в неделю занимается развитием госпиталя

Фото: Алексей БУЛАТОВ

- Сейчас будете обход больных делать? – интересуюсь я.

- Какой там обход! – грустно вздыхает Тетюхин. – Надо думать, где пациентов взять. Кому писать? Кому звонить? Понимаешь, у нас ведь работают лучшие врачи России. Мы их собирали по всей стране. Мне перед ними неудобно. Выдернули с насиженных мест, зарядили идеей, а им лечить некого. Госпиталь, который может функционировать с колоссальной пользой для страны, стоит полупустой.

- А если бы в 2008 году вы знали, что столкнетесь с такой проблемой, вы бы все равно вложились в больницу?

- Я каждый день задаю себе этот вопрос, - разводит руками Тетюхин. – И не знаю, как на него ответить. Такое чувство, будто я бьюсь головой об стену.

Комментарий Минздрава

«Госпиталь Тетюхина получает больше квот, чем другие больницы»

- Наше ведомство делает для «Тетюхинского» госпиталя все возможное. Центр с таким уровнем технологий и комфорта необходим региону. Уникальность этого медучреждения заключается в том, что здесь практикуется комплексный подход к ортопедическим и травматологическим сложным операциям плюс здесь первоклассная реабилитация, - говорит пресс-секретарь Министерства здравоохранения Свердловской области Константин Шестаков. – Мы выделяем госпиталю больше квот, чем другим учреждениям, которые оказывают подобную медицинскую помощь. Благодаря этому центру у нас в области почти ликвидирована очередь на эндопротезирование суставов.