Рубки и посадки. В Приморье появилось новое «лесное» дело, полное странностей и несправедливостей
В лесной отрасли Приморья кому-то постоянно мерещатся преступные группы
Фото: Виктор ГУСЕЙНОВ. Перейти в Фотобанк КП
Мировая экологическая общественность бьет в набат: на планете требуется срочно высадить триллион деревьев. Лесной кодекс России требует после рубки лесных насаждений заниматься их воспроизводством, сажая новые деревья вместо вырубленных. Фактически же в Российской Федерации сажают не деревья, а людей - и большей частью «стрелочников»: не тех, кто «снимает сливки» с «теневого» бизнеса на рубке и экспорте древесины, а непосредственно лесорубов, работяг из деревень, провозглашая их ОПС, «организованными преступными сообществами».
Ёкуб Фозилов как жертва произвола
Одной из самых резонансных историй подобного рода в Приморье явилось уголовное дело в отношении предпринимателя из Дальнереченска Ёкуба Фозилова. Этот человек прожил в Дальнереченске большую часть жизни, владел несколькими малыми предприятиями, включая популярное кафе на трассе, и был женат на дочери владельца и директора ООО «ПЛК», (Приморского лесоперерабатывающего комбината), Валентина Беликова. И когда старший Беликов отошел от дел, Ёкуб Фозилов принял руководство предприятием.
Ёкуб Фозилов выявил незаконные лесосеки и тут же стал главой преступного сообщества. Фото: из личного архива героя публикации
В декабре 2014 года им и его сотрудниками были выявлены незаконные рубки и вывоз срубленного леса «налево», осуществлявшиеся нанятыми им работниками, которые фактически параллельно работали и на конкурента, известного местного «авторитетного бизнесмена» по прозвищу Синий, а тот, в свою очередь, тесно дружил с сотрудниками «лесного отдела» из УЭБиПК УМВД по Приморскому краю. И когда Фозилов выявил незаконные лесосеки «Синего», тот вызвал полицию и обвинил самого Ёкуба Фозилова - несмотря на имевшиеся у него видеозаписи с показаниями водителей лесовозов, перевозивших краденый лес, исполняя указания «Синего». Ёкуб Фозилов был арестован и отбыл под стражей и домашним арестом около четырех лет как обвиняемый в организации преступного сообщества по ст. 210 УК РФ. Но вот незадача: его обвинители, начиная с начальника следственного управления УМВД по ПК Ильи Шамратова, его зама Алексея Нестерова, сами стали подследственными и пошли под суд, а кроме того, несколько оперативников УЭБиПК либо попали под уголовное преследование, либо спешно уволились из органов. В их числе оказались и некоторые из тех, кто непосредственно начинал уголовное преследование Фозилова по ст. 210 УК РФ («организация преступного сообщества»), в частности Яков Пак - молодой майор и успешный спортсмен, мастер спорта по борьбе - вышел на пенсию, экс-начальник отдела УЭБиПК полковник Сергей Яценко подвергался уголовному преследованию, но дело было прекращено, а его подчиненный Даниил Мнишенко получил три года и девять месяцев колонии.
Также попал «под уголовку» и вышеупомянутый Синий, но не за оговор Фозилова, а за незаконную рубку на его делянах, тогда как в отношении Ёкуба Фозилова уголовное преследование полностью прекращено. Только бизнес его семьи за время следствия и суда был буквально разграблен и разорен. Зато у некоторых родственников бывших сотрудников УМВД по ПК внезапно появились серьезные активы в лесопромышленной отрасли края…
Куда более быстротечным и менее резонансным оказалось дело краевого чиновника из «лесного департамента» Владимира Иванова. Который за 550 тысяч долларов незаконно продлил на 49 лет договоры аренды лесных участков без аукционных торгов для нескольких фирм, подконтрольных одному из наиболее крупных деятелей отрасли, Леониду Ивлеву, хотя все дела с Ивановым, включая передачу взяток наличными в три захода, вел не сам Ивлев, а его младший партнер Александр Чуб. На следствии и суде Иванов утверждал, что все деньги передал посреднику, якобы напрямую связанному с бывшим вице-губернатором Евгением Вишняковым (который в то время уже был в СИЗО подследственным по другому делу), но посредник якобы скрылся, и судьба денег не известна. Зато следователи СК России по ПК установили, что в период передачи взяток родственниками Владимира Иванова были приобретены коттедж по ул. Маковского более чем за 10 млн рублей и автомобиль «Лексус» стоимостью около 4 млн рублей - всего на сумму чуть меньше половины полученных Ивановым взяток.
Незаконные договоры аренды лесов были расторгнуты судами по искам прокуратуры, однако дела об организованном преступном сообществе в тот раз не последовало. Наоборот, Владимиру Иванову зачли сотрудничество со следствием, и он отделался достаточно мягким приговором, в то время как иные упоминаемые в деле лица, включая бывших вице-губернаторов Василия Усольцева (уже осужденного за незаконное предпринимательство) и Евгения Вишнякова, а также крупные бизнесмены (ведь Иванов продлил договоры не только компаниям Ивлева, но и ряду других) - вообще поныне уголовному преследованию в рамках этого дела не подвергались…
Андрей Черногородов как главный мафиози
На данный момент в суде очередное дело о т. н. черных лесорубах. Где обвиняемых - целая дюжина, в большинстве своем жителей поселка Шумного Чугуевского района. Во главе списка «сообщества» Андрей Черногородов - местный индивидуальный предприниматель с безупречной репутацией, не судим, не привлекался, депутат сначала муниципального комитета Шумного, а затем и Чугуевской районной думы. ИП Черногородов - ветеран лесопромышленной отрасли, занят в ней более 25 лет, давая работу своим односельчанам. Обвиняется он в пяти эпизодах незаконных рубок по ст. 260 УК РФ, но вину признает лишь по двум из пяти эпизодов, по остальным - вину отрицает. И в чем же там суть?
Ближайший суд, который мог заняться делом Андрея Черногородова, оказался в Арсеньеве. Фото: из личного архива героя публикации
В основе схемы, приведшей Андрея Черногородова и его работников на скамью подсудимых, закупка им леса на корню у ООО «Фортуна» из поселка Ольга. У этой «Фортуны» нет ни производственных мощностей, ни техники, ни людей - только учредитель, он же директор, гражданин Н. Зато у ООО «Фортуна» оказалось достаточно средств, чтобы купить на аукционе права на лесные участки сроком на 25 лет. Откуда деньги - можно только предполагать.
Но далее запускается следующая цепочка: ИП Черногородов покупает у ООО «Фортуна» лес на корню по 570 рублей за кубометр. ИП также несет расходы на процесс добычи леса, ведь если, к примеру, Черногородов купил у «Фортуны» 5 тысяч кубометров, а срубить и вывезти в срок смог только 4 тысячи, то это - его проблемы. А чтобы срубить лес, ему надо получить выделы под лесосеки, да с нужным ему объемом разных видов древесины: столько-то дуба, столько-то березы или осины.
На полученный выдел ИП Черногородову необходимо завести бригаду с техникой, пробить бульдозером в тайге волок до склада, а оттуда - дорогу до шоссе, для вывоза заготовленной древесины. Также бригаду требуется обеспечить жильем, горюче-смазочными материалами, техникой и хотя бы минимальными бытовыми удобствами, плюс питание. Ну и заплатить за лес бригаде из расчета 350 рублей за кубометр, а двоим бригадирам - по 130 рублей за куб сваленного леса, который не весь будет деловым, а часть его будет пригодна лишь на дрова. Итого в среднем себестоимость добытой ИП деловой древесины достигала 2 тысячи рублей за кубометр, а продавалась посреднику за 50 долларов США кубометр.
Деловой же лес доставлялся на склад ООО «Фортуна», а оттуда шел по цепочке посредников к конечному потребителю - гражданину КНР, который представлял в России интересы китайской фирмы и платил за лес, судя по его показаниям как свидетеля, уже по 300–350 долларов за 1 кубометр. Но доставались эти деньги вовсе не Андрею Черногородову с его бригадами лесорубов, а конечной фирме в цепи посредников. Тогда как обеспечивать необходимый объем деловой древесины приходилось ИП Черногородову. Правдами и неправдами.
Бригада Черногородова покинула лесосеку еще до снега, но на нее списали все деревья, спиленные уже явно зимой. Фото: из личного архива героя публикации
Так, в признанных им двух эпизодах ему выделялись лесосеки, где не было необходимого объема древесины, хотя по бумагам лес там числился, но на местности - отсутствовал. Поэтому и Черногородов шел на хитрость: во-первых, допускал «переруб», т.е. рубки леса на отведенном участке сверх лимита, а также рубки за границей выдела. А чтобы их скрыть, по окончании рубки переносились столбы-визиры, обозначающие границу выдела.
Но в других эпизодах, вменяемых Андрею Черногородову и его работникам, речь идет о вырубке леса по справкам, купленным у частных лиц, которым выдавались разрешения на рубки леса на дрова - по 20 кубометров в год на каждого заявителя, и деловой древесины для целей строительства - уже по 100 кубометров. И обеспечивали его такими справками работники лесхоза - за деньги, в среднем по 100 тыс. рублей, оформлявшие и конкретные выделы под такие справки. Причем выделять участки могли на крутых склонах и других неудобных и труднодоступных местах, а лесосеки своевременно не закрывали, что давало возможность запустить других на тот же выдел, дорубить остатки.
Когда это выявили, спустя несколько месяцев, то все пни от сваленных на таких выделах деревьев «списали» на ИП Черногородова. И до сих пор суд отказывается принимать и рассматривать аргументы защиты о том, что рубки на делянах велись после ухода оттуда его бригады. И от обвинения по ст. 210 УК («организация преступного сообщества») Андрея Геннадьевича оградил лишь его статус районного депутата, обвинение которого заверяли не в СУ УМВД по ПК, а в Следственном комитете, и состава статьи 210 УК РК в деле, естественно, не усмотрели. Тогда полицейские Черногородова пытались склонить к добровольному отказу от депутатского мандата, даже обещая за это освободить из-под стражи, но обвиняемый не согласился.
Бригада Черногородова покинула лесосеку еще до снега, но на нее списали все деревья, спиленные уже явно зимой. Фото: из личного архива героя публикации
А чиновники покаялись в содеянном, заключили с прокурором Ольгинского района (где происходили рубки) досудебные соглашения о сотрудничестве, и на скамье подсудимых их теперь нет. Остались рабочие, получавшие за 20 суток вахты на лесоповале в среднем от 18 до 35 тысяч рублей.
Судят работяг, а все прочие - не при чем? Ни российские чиновники всех рангов, ни бизнесмены, скупающие лес на аукционах за китайские кредиты, ни сами организаторы схем лесодобычи и экспорта, ни китайцы. И кто же здесь ОПС (организованное преступное сообщество)? - хороший вопрос, поскольку подсудимые на «мафию» не похожи и миллионами не ворочают.