«Мыть полы или поработать пару часов»: психиатр ответила, почему в проституцию приходят и не могут уйти

Медико-социальные службы, считает эксперт, стали работать эффективнее. Из архива.

Фото: Владимир ВЕЛЕНГУРИН.

Перед судом предстанет 46-летняя жительница Владивостока с тремя товарищами, с которыми она создала бизнес по привлечению девушек в проституцию. В течение двух с половиной лет женщина размещала анкеты своих сотрудниц на определенных сайтах и зарабатывала 50% от их дохода. Что стало с ее сотрудницами после – неизвестно… Но у них есть право на нормальную жизнь.

Отношение общества к древнейшей профессии всегда было противоречивым. Одни , категорически порицают, другие же не видят в этом ничего такого. Если оставить моральную сторону вопроса, то и те, и другие о психологической подоплеке этого явления задумываются не так часто. О том, как девушки попадают в проституцию, какие психологические травмы и тайны могут скрываться за ярко раскрашенной внешностью, побеседовали в эфире радио «КП» 90.4 FM с Анастасией Гороховой, внештатным детским психиатром министерства здравоохранения Приморского края и членом общественного совета при УМВД Приморского края.

Эмоциональный инцест

– Анастасия Витальевна, многие исследования связывают эту профессию с различными аспектами поведения. Откуда у девушек появляется потребность продавать себя за деньги?

– Профессия существует очень давно. Как в случае с другими древними социальными феноменами, не факт, что это должно продолжаться. В каждой индивидуальной истории у девушки будет своя причина. Как правило, это девочки, которые росли под опекой холодной матери, либо был максимально озабоченный папа. Ребенок пытается быть стабилизатором семьи и, к сожалению, попадает в ситуацию так называемого «эмоционального инцеста». Иными словами, девочка пытается спасти семью и встраивается со своим сексуализированным поведением вот в эту неправильную семейную программу.

Следующий вариант – это, конечно, желание легких денег. Девушкам кажется, что они один раз заглянут, после чего вместе с прибылью «выйдут». Как правило, контакт с собственным телом очень мал в таких случаях. На эту тему есть очень хорошая книга, называется «11 минут» от Пауло Коэльо (18+. – Прим. ред.). В романе показан ход психологических мыслей. Девочка из глубинки, которая мечтает о путешествиях, о свадебном платье… и, не имея ресурсов к этому, хватается за любую предложенную ей возможность.

А вот люди, которые вовлекают в это дело, на обратной стороне медали. Конечно, часто замешаны алкоголь и наркотики. Начинается все с элементов шантажа. После однократной интимной встречи девочки попадают в психологическое, сексуальное рабство и самостоятельно выбраться соответственно не могут. У них нет опыта защиты, нет опоры, вот поэтому они и погружаются туда.

Три вида

1) Эскортницы – формально те, кто «сопровождает» богатых клиентов;

2) Девушки, которые работают в квартирах;

3) Женщины, которые стоят на улицах. Туда их, конечно, приводят нищета и отчаяние. В большинстве случаев, наркотики и алкоголь позволяют продавать тело за копейки.

Часто это девочки, которые хотели бы красивой жизни. Им кажется, что это меньше всего требует усилий и затрат. А из-за табу на эту тему мало кто рассказывает, как сложно оттуда выбраться, с какими потерями девушки выходят. Кстати, в проституции большая сила слухов. «Я вот знаю то, чего не знают другие» – это добавляет адреналина, например, при сокрытии того, чем, где и кто занимается.

Анастасия Горохова.

Фото: Анастасия АЛЯМКИНА.

Ореол красоты и легкости

– Мы точно знаем, что каждая проблема должна обсуждаться, если это проблема. Если же мы тему замалчиваем, то, выходит, игнорируем?..

– Секс относится к такой же табуированной теме, как, например, самоповреждения. Все, что пугает, все, что неизвестно, а также все, что, к сожалению, романтизируется в головах психологически нестабильных людей или молодежи, в одном списке с этой частью нашей жизни. Это будто некий ореол красоты, легкости для многих… Ведь можно мыть полы, но это нужно делать целый день… А тут вроде бы всего час работы.

– И мы ведь восхищались и восхищаемся фильмом «Красотка»! Это пропаганда?

– Да. Во многих кинолентах это поддерживается. К телу некоторые относятся как к объекту. Это свойственно людям, чьи матери в совсем раннем для ребенка возрасте были эмоционально холодны. Коммуникация телесная, от тела к телу, будто перекрыта. После родов детей уводили в соседнюю палату. И первый контакт с голым телом у нас часто возникает только с сексуальным подтекстом. И вот что происходит у подросших девушек: у них есть задача не влюбиться, а получить выгоду от своего «объекта», пристроиться, добиться внимания.

Второй аспект заключается в том, что девочки-эскортницы очень много вкладывают в себя и в свое развитие. Поясню. Даже в нашем городе бывают случаи, когда семья или парень не знают, чем занимается партнер. И девушки при этом дорого себя продают, они убеждают себя, что таким образом они владеют мужчиной.

У них есть власть выставить цену, место встречи. И вот срабатывает вот та детская, инфантильная часть: приходит мысль «я могу этим процессом руководить». Вот почему роман называется «11 минут»? Потому что мужчине нужно именно это время, и вокруг него крутиться вся остальная жизнь. Обе стороны, вливаясь в «покупку женщины», получают ощущение верховенства, а это снова идет все из детства.

Генетический код?

– Есть мнение, что некоторые люди рождаются с определенными склонностями, включая повышенное внимание к этой сфере работы.

– Это то, что касается «сенсорной жажды». Сюда будет относиться и клептомания, дромомания. Конечно, какие-то гормональные сбои могут приводить к тому, что потребность в сексе, так таковая, бывает очень высока. Но это медицинская проблема, ее уже лечат врачи, эндрокринологи, психиатры. От такого страдает тип женщин, которым постоянно нужны мужчины. Но связь, какую-то корреляцию со сферой эскорта здесь сложно провести.

Самый распространенный алгоритм: когда девушка попадает «на квартиру», и сразу захлопывается мышеловка. И дальше все вот эти понятия, которые мы пишем, слышим и видим, падают на неокрепшую или сломанную психику. Напомню, часть из «попавшихся в ловушку» перенесла насилие и домогательство в семье в детстве. Эти девушки отсоединяют себя от тела, наказывают себя. Так что истории разноплановые, индивидуальные... Это очень сложно.

«Я хочу вернуться к обычной жизни»

– А что, если девушка признала, что хочет уйти из бизнеса, но не может?

– Обратимся к статистике. До 50% (в некоторых источниках до 55%) основная причина продолжать – это деньги. Эскортницы могут встать в 10-11 часов, вложиться в массажи и косметологов, а потом на пару часов пойти «поработать».

Легкий доступ к деньгам. И вклад в себя. Вот те же девочки из эскорта. У них есть всегда какая-то специальность. Они цену назначают соизмеримую с тем, сколько они вложили в себя. В свой ум, в свою эрудированность и тому прочее. Это вот часть, которая не может отказаться от денег, и они понимают, что это легче для них, и они уже отделены от своего тела.

Кто-то не хочет возвращаться в глубинку. Не видит опоры в семье. А часто вмешиваются финансовые обязательства, которые девочки не могут погасить. Или включается «синдром жертвы». Более того, мы же понимаем, что не всех людей привлекают в профессию. Это профессионалы, которые ищут тех, на кого можно надавить. Буквально смотрят на взгляд.

– Взгляд меняется со временем?

– Это происходит всегда. Участие в бизнесе накладывает должный отпечаток. Я не сталкивалась не в своем опыте, не в опыте коллег, чтобы кто-то вышел из этого состояния без ущерба для себя. Как правило, чтобы не столкнуться с тьмой, мы боимся заглянуть внутрь себя. Лишь небольшая часть самостоятельно может обратиться к психотерапевту.

Ни одна их этих девушек не хочет того, чтобы их дети пошли по той же дорожке. Поэтому даже если эскортницы сохраняют хорошее физическое здоровье, у них присутствует «психологическое бесплодие». Насилие, которое они перенесли в детстве, или даже короткий опыт, когда она продавала себя, всплывает как находка. Это становится неожиданностью. Редко когда сразу приходят с запросом: «я работала в проституции, мне было плохо».

– А с какими вопросами чаще идут?

– К счастью, стагнация нашей службы стала уменьшаться. И по другим вопросам, и по тому, который мы обсуждаем, обращаются чаще. Работают психологи с медицинской подготовкой, которые могут разделить, где патология, где аггравация [преувеличение симптомов, болезненного состояния], где психологическая проблема. Медико-социальные кабинеты, о которых мы говорим, введены на уровне Минздрава Российской Федерации, работают в наших поликлиниках. В детских поликлиниках и в женских консультациях они в нашем городе уже с 2010 года. По нашей клинике я могу точно сказать, что родители стали чаще обращаться. Они перестали бояться психиатров. И кадры с соответствующей классификацией: они могут отличить проблемы ментальные от, например, физиологических. Ведь это тоже все влияет на состояние. И родители понимают, что иногда не нужно, например, идти к неврологу – посещают с ребенком именно профильного врача. Без какого-либо «клейма».

– Какая может быть разработана реабилитация для таких девушек?

– Если женщина решила об этом заговорить, то это уже большой ресурс. У нее в этой критике появляется потребность выйти. Дальше, конечно, нужно смотреть ее потенциал, потому что, зачастую, можно получить, например, даже среднее специальное образование, которое поможет ей работать, зарабатывать, быть востребованной и уважаемой. И работать нужно с негативными установками, «если у меня нет высшего образования – я никто». Конечно, кому-то нужна медикаментозная терапия, потому что, как правило, это сопровождается депрессивными состояниями разной интенсивности. Но, повторюсь, желание говорит о многом.

– Самостоятельно стоит пробовать уйти от этого, или всё же нужен специалист?

– Вы должны сделать первый шаг самостоятельно – конечно, нужно помнить об ответственности за свою жизнь. Затем понадобится специалист, чтобы не мучали кошмары и это не отражалось на будущем.

Интернациональные практики

– Проблему обсуждают разные страны. Кто-то закрывает на это глаза, а кто-то, наоборот, пытается как-то регулировать это. Вот, к примеру, Швеция. В 1999 году там была принята модель регуляции проституции. Женщинам, вовлеченным в продажу своего тела, ничего не грозит. Уголовная ответственность за покупку падает на клиента. Бордели там все закрыты. Иными словами – продавать можно, а покупать нельзя. Эта схема вообще может работать когда-нибудь? Все запретное для нас – почему-то всегда желаемое.

– Но к тем странам, где легализирована проституция, тоже есть вопросы. Мы понимаем, что и тот, кто берет, и тот, кто предоставляет эту услугу, виновны. И почти всегда речь о распространении наркотиков и алкоголя, ведь, чтобы отключить свою психику, нужны какие-то дополнительные средства извне, иначе можно просто сойти с ума.

Поэтому продолжительность жизни у тех, кто этим занимается регулярно, невысокая. Вмешиваются последствия заболеваний, депрессии, наркомании. Проституция как социальная проблема должна регулироваться государством. Соответственно, должны быть «фильтры» в телевидении, в средствах массовой информации, чтобы не было ощущения легкости, доступности и удобности.

И ведь это естественная потребность организма. Но только человек ввел половые отношения в ранг необходимости. Напомню, в острые моменты для социума появляется потребность любить, и если разделить эти два понятия: чувства и сексуальное удовлетворение, то все встает на места. Пострадавшие из-за проституции не любят, они боятся полюбить, иначе для них вся реальность того, чем они занимаются, становится видна как на ладони.

Не бойтесь попросить помощи

– Анастасия Витальевна, спасибо за этот диалог. Мы его провели даже в условиях табуированности темы. И раз мы это сделали: куда можно обратиться участницам этого бизнеса и как правильно себя вести?

– Есть клинические психологи в поликлиниках, но все-таки в первую очередь лучше найти частного клинического специалиста и начать путь с этого. Нужно понимать, что у нас есть социальные службы, как бы это не звучало неправдоподобно. Это не те тетечки с авоськами, которые носят хлеб и молоко по домам. Телефоны государственных учреждений мы всегда указываем на государственных порталах.

От редакции

Если у женщины есть ребенок, она может обратиться в социальные службы: органы опеки, комиссии ПДН, социально-реабилитационные центры, которые находятся в каждом муниципалитете края. Всего их 34.

Найти все нужные контакты можно на сайте Минтруда, во вкладке «семьям с детьми в трудной жизненной ситуации». Кроме того, дети и травмированные женщины могут позвонить на всероссийский номер доверия: 88002000122.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Бывшие участницы стендап-клуба во Владивостоке заявили, что их насиловал организатор

Психотерапевт рассказала, почему жертвы харассмента не могли дать отпор (подробнее)

Стали свидетелем интересного события? Сообщите об этом нашим журналистам: vl@phkp.ru или +7 924 000-10-03 (Telegram, WhatsApp).

Обсудить опубликованные истории можно в наших социальных сетях: Telegram; Канал в Dzen; VK; Одноклассники.

При использовании материалов издания ссылка на «КП – Владивосток» или «КП – Дальний Восток» обязательна.