
Два года прошло с того момента, как на мусорном полигоне Петропавловска-Камчатского нашли тело новорожденного мальчика славянской внешности. Он был завернут в пододеяльник с леопардами. Экспертиза показала: ребенок родился в период с 15 февраля по 6 марта, умер от переохлаждения. Мать не найдена.
Преступление до сих пор не раскрыто. Почему так сложно? Почему следователи не вышли на след виновного «по горячим следам»? Об этом в эксклюзивном интервью «Комсомольской правде – Владивосток» рассказал заместитель руководителя отдела криминалистики следственного управления Следственного комитета России по Камчатскому краю майор юстиции Евгений Пак.

– Евгений, сразу к главному: в чем уникальная сложность этого дела? Ведь тело нашли на мусорном полигоне.
«Это классическое "неочевидное" преступление. Представьте: ежедневно на полигон свозят сотни килограммов отходов со всего города. Точка, где именно выбросили ребенка, размыта. Это не подъезд или улица, это гора мусора. Очевидцев нет, момент выброса никто не зафиксировал. Камеры на полигоне смотрят только на технику, а не на то, откуда приехал тот самый злополучный грузовик.
Мы провели колоссальную работу: проанализировали маршруты мусоровозов, выделили несколько районов, откуда могли привезти отходы. Но "горячими следами" это назвать нельзя – мы идем вслепую сразу по нескольким территориям».
– За два года удалось хоть как-то продвинуться? Есть подозреваемые?
«Объем сделанного огромен. Мы проверили всех, кого только могли. Например, отпала версия о женщинах, которые стояли на учете по беременности в тот период. Они не причастны.
Сейчас в работе несколько версий. Главная связана с женщиной, которая не состояла на учете, возможно, ведет асоциальный образ жизни. Круг поиска сужается, но расследование продолжается».
– Помогают ли современные технологии распутывать такие «дела прошлых лет»?
«Безусловно. Раньше бы мы просто уткнулись в стену. Сейчас у нас есть федеральные базы генетической регистрации. Мы сопоставляем биологические образцы, ведем реестры. Это как пазл: по одному фрагменту непонятно, но когда мы сводим данные из сотен источников, картина проясняется. То есть требуется время, но это единственный путь доказать правду».
– В фильмах показывают профайлеров, которые рисуют портрет преступника. А как в реальности? Можете описать эту женщину?
«В кино красивее, там все по щелчку пальцев. В жизни психологический анализ – это не магия, а скупая работа с фактами. Мы не угадываем, а анализируем обстоятельства. Да, это помогает сузить поиск, но готового "портрета с бровями и родинкой" не существует. Подробности я раскрыть не могу. Это следственная тайна».
– Можно предположить, сколько лет матери младенца? Как выглядит? Как она вообще добралась до полигона, ведь он находится далеко?
«Тут важное уточнение. Мы выяснили: она не ездила на полигон. Тело ребенка положили в обычный мусорный контейнер возле жилых домов. Дальше его вывез мусоровоз. Поэтому искать женщину нужно не среди работников свалки, а среди жителей города.
Говорить о возрасте и внешности пока рано. Проверяется несколько версий, данные разнятся».
– Кто обнаружил жуткую находку? Какова была реакция человека?
«Сверток нашел один из работников предприятия по переработке отходов. Он сортировал мусор на ленте. Реакция – шок. Это страшно для любого нормального человека. Информация поступила к нам мгновенно».

– Самый тяжелый вопрос: младенец долго умирал от холода?
«По данным экспертизы, смерть наступила именно от переохлаждения. По оценкам, с момента рождения до смерти прошло от 1 до 5 суток. Точное время назвать сложно из-за того, что тело находилось то на холоде, то оттаивало в отходах».
– Следователи ходят по домам и просят у людей образцы слюны. Зачем? Люди помогают или боятся?
«Да, это так. Мы просим сдать буккальный эпителий (мазок изо рта, слюну) для сравнения. И знаете, многие помогают. Но, к сожалению, очень много и отказов.
Я прошу читателей «Комсомолки» с пониманием отнестись к этим визитам. Это не мошенники. Это реальные сотрудники правоохранительных органов, которые работают по страшному делу. Один мазок может стать ключом к раскрытию преступления».
– Объявлена награда в миллион рублей за информацию, которая может помочь следствию. Кто-то пытался получить премию обманом?
«Ложные сообщения, к сожалению, бывают. Но редко. Люди в основном ответственные. Хотя, конечно, пустые звонки отвлекают нас от реальной работы».
– Как вы, взрослые мужчины, справляетесь с таким моральным грузом? Убийство детей – это же тяжелейшая статья.
«Нагрузка колоссальная. В Следственном комитете всегда самые тяжелые дела. Когда речь о детях – это приоритет. Морально невероятно сложно. Но это наша работа. Мы к ней готовы, и мы ее делаем, несмотря ни на что».
– Вы в следствии больше 15 лет. Что держит в профессии? Какие дела запомнились?
«В следствии держит чувство справедливости. Когда после месяцев или лет работы ты ставишь точку, виновный наказан, а права жертвы восстановлены, приходит осознание: "Я делал это не зря". Самые ценные моменты в карьере – это когда из неочевидного, запутанного дела рождается истина».
ВАЖНО
Если вы что-то знаете о женщине, которая могла родить ребенка в период с 15 февраля по 6 марта 2024 года и пропала из виду, или вы узнали пододеяльник, звоните круглосуточно: 8 (4152) 34-17-10 или 102. Вознаграждение – 1 000 000 рублей. Конфиденциальность гарантируется.
СЛУШАЙТЕ ТАКЖЕ
Уже с ног сбились. Полицейские ищут 3-летнюю девочку, пропавшую из гостиничного номера на курорте
Стали свидетелем интересного события? Сообщите об этом нашим журналистам: vl@phkp.ru или +7 924 000-10-03 (Telegram, WhatsApp).
Подпишитесь на нас: Telegram; Одноклассники, MAX.
При использовании материалов издания ссылка на «КП – Владивосток» или «КП – Дальний Восток» обязательна.