Лось с восемью ногами и зеркальный мир мертвых: как коренные народы Приморья видели вселеннуюфото
Три витрины выставки делят мир коренных народов на мужской, женский и шаманский
Фото: Элина ИВАНОВА. Перейти в Фотобанк КП
Белые пятна в этногенезе коренных народов – скорее правило, чем исключение. Их «корни» скрываются под толщей веков, переплетаются с историей соседних родовых групп. Работа этнографа состоит как раз в том, чтобы с предельной точностью распутать эту «подземную» сеть, не пытаясь превращать ее в прямую линию там, где история и даже природа создали сложные переплетения. Экспозиция «Мир традиционной культуры коренных народов Приморья» в музее истории Дальнего Востока имени В. К. Арсеньева не дает простых ответов, зато позволяет увидеть их мировоззрение без искажений. Полный обзор выставки читайте в материале «Комсомольской правды» – Владивосток».
Выставка «Мир традиционной культуры коренных народов Приморья» проходит в главном корпусе музея истории Дальнего Востока имени В. К. Арсеньева
Фото: Элина ИВАНОВА. Перейти в Фотобанк КП
Происхождение коренных народов Приморья
Отсчет истории народов Приморья можно вести со Средневековья. Доподлинно известно, что в эту эпоху на территории современного Приморья существовали крупные государства, оказавшие значительное влияние на развитие региона. Первым из них стало Бохай, возникшее в VII веке как союз тунгусо-маньчжурских племен, объединившихся перед лицом внешних угроз: с запада давили кочевники-кидани, с юга – китайская империя Тан. В китайских летописях эти племена называли «мохэ».
Золотая империя (Цзинь) – могущественное государство с собственной письменностью, развитой военной организацией и сложной системой управления
Фото: Элина ИВАНОВА. Перейти в Фотобанк КП
Спустя несколько столетий ему на смену пришла Золотая империя (Цзинь) – могущественное государство с собственной письменностью, развитой военной организацией и сложной системой управления. Эта империя объединила множество разных племен, но ее политическим и культурным ядром оставались чжурчжэни.
Согласно одной из распространенных теорий, после распада Золотой империи часть ее населения постепенно переместилась в сторону Северного Китая. Именно чжурчжэни чаще всего оказываются в центре дискуссий о происхождении современных коренных народов Приморья.
«Можно ли удэгейцев, нанайцев, тазов и другие народы, населяющие Дальний Восток, считать потомками чжурчжэней – вопрос, остающийся без однозначного ответа. В качестве аргумента «за» некоторые исследователи приводят в пример удэгейское предание про страну Удэге – великое государство, которое было утрачено. Но ведь у многих народов есть сказание о государстве, которое они потеряли», – объясняет экскурсовод музея Анна.
Археологических и генетических данных, которые позволили бы однозначно назвать чжурчжэней предками современных коренных народов Приморья, не существует. Нет и никаких более поздних городищ, свидетельствующих о том, что после этого народа здесь был кто-то еще. Провести генетический анализ также невозможно. Но с другой стороны, нет и таких доказательств, которые бы опровергли эту теорию происхождения.
Сходства и различия соседей
Зато о родстве коренных народов Приморья можно заявлять с уверенностью: они принадлежат к одной тунгусо-манчжурской ветви, относятся к Алтайской семье, у них родственные языки и общие культурные корни. Но и различий между ними немало.
«Нанайцы традиционно селились вдоль рек и строили постоянные стойбища, в то время как удэгейцы вели полукочевой образ жизни, их основным промыслом была охота. Орочи специализировались на морском промысле. Особое место занимают тазы – потомки смешанных браков между местным населением и китайскими переселенцами, унаследовавшие элементы китайского быта, но сохранившие традиционные верования своих предков», – уточняет экскурсовод.
На выставке эти народы представлены тремя стендами, отображающими мужской, женский и шаманский мир. В мужском – орудия для охоты и рыбалки: наконечники копий, лук со стрелами разного назначения, крючки, сети, макеты традиционных долбленных лодок – батов. Игрушки, принадлежавшие мальчикам, – это предметы, которыми пользовались мужчины, в миниатюре.
В «мужском мире» – орудия для охоты и рыбалки
Фото: Элина ИВАНОВА. Перейти в Фотобанк КП
«Когда мальчик рождался, перед ним не стоял выбор, кем он станет, когда вырастет. Он должен был стать охотником, собирателем, рыбаком – в общем, кормильцем своей семьи. Чем старше он становился, тем больше отдалялся от матери и сильнее примыкал к отцу и другим родственникам-мужчинам.
В этнографических источниках упоминается, что в 7-8 лет мальчик уже должен был уметь охотиться на белку самостоятельно. Когда ему было 8-9 лет – это в первую очередь касается удэгейцев, – ребенка брали на зимнюю медвежью охоту. Он не должен был участвовать в загоне зверя. Он стоял на краю поляны и держал деревянную лопатку, в которую сверху насыпали снег. Пока взрослые сражались с хищником, мальчик должен был стоять и держать лопатку так, чтобы снег не просыпался. Такая вот психологическая закалка», – поясняет Анна.
Стрелы с тупым концом предназначались для охоты на пушного зверя – с их помощью шкура оставалась целой
Фото: Элина ИВАНОВА. Перейти в Фотобанк КП
Наличие следующего элемента одежды на витрине, посвященной мужскому миру коренных народов, может кому-то показаться странным, как и материал, из которого его изготовили. На самом деле, этот предмет гардероба, напоминающий юбку, – максимально практичная и незаменимая вещь для любого охотника. А сшита она из выделанной рыбьей кожи.
«Когда вы большую часть времени проводите в тайге, вам нужно оставаться сухим. Рыбья кожа примечательна тем, что она водонепроницаема», – объясняет экскурсовод.
По ее словам, изготовление подобной одежды было крайне трудоемким: на один халат уходило до двух лет. Материал для него соединяли с помощью рыбьего клея, который изготавливали из костей, внутренностей и плавников.
«Предметы домашней утвари в основном делали из бересты. Работать с металлом из всех коренных народов умели только нанайцы – по некоторой информации у них было две кузницы. Но всем народам была доступна холодная ковка – когда металлические предметы выменивались у китайцев и из них выплавлялись другие предметы», – продолжает Анна.
Предметы домашней утвари в основном делали из бересты
Фото: Элина ИВАНОВА. Перейти в Фотобанк КП
«Женский мир» составляла различная домашняя утварь: кожемялки, посуда, переносная люлька – амгу, в которую садили малышей от двух месяцев. После родов у представителей коренных народов принято было отселять женщин на неделю в отдельный шалаш. Считалось, что вместе с новой жизнью через женщину в материальный мир может попасть нечто опасное из потусторонней реальности.
Коммуникацию с другими мирами, населенными духами, эти народы доверяли только шаманам. Им в экспозиции посвящен отдельный стенд. Все предметы, представленные здесь, имели цель защитить шамана. В этом крайне опасном для людей мире духи могли захватить и даже погубить шамана. А еще они могли запомнить лицо шамана и начать преследовать его. Именно поэтому шаманы носили маски.
«Когда шаман вступал на путь своей духовной миссии, у него не было этой богатой атрибутики, все это нужно было заслужить. Например, если шаман вылечил кого-то, благодарные родственники могли подарить ему маску. Поэтому если вы видите шамана, обвешанного как новогодняя елка, вы можете быть на сто процентов уверены, что перед вами профессионал», – говорит сотрудница музея.
За стеклом представлена большая коллекция сэвэнов. Гостям предлагают угадать, что перед ними за звери – рыбы, медведи, лягушки-талисманы?
«Обратите внимание, у медведя отсутствует лапка, у тигра – язык. Владимир Арсеньев описывает случай из практики: он как-то зашел к шаману и попросил, чтобы тот подарил ему фигурку для исследования. Шаман согласился, но сказал, что в этой фигурке живет очень сильный дух, и что исследователь Дальнего Востока не выстоит перед ним. Поэтому он сломал фигурку, чтобы та потеряла свою целостность и никогда больше не смогла быть пристанищем духа. Только после этого сэвэна Арсеньеву отдали», – рассказывает Анна.
Духовной стороне жизни этносов Приморья «отдали» не только витрины, но и потолок. На нем – карта, которую нарисовал шаман в 1929 году. На ней представлен весь мир: наш материальный, астральный, принадлежащий духам, и обитель мертвых, куда уходят души людей.
Карта, созданная шаманом, отображает представления коренных жителей Дальнего Востока об устройстве вселенной
Фото: Элина ИВАНОВА. Перейти в Фотобанк КП
Души людей, согласно картине мира коренных народов, создаются в озерах и по рекам попадают в наш мир. Сам материальный мир на карте отображен как существо в самом центре с густыми длинными усами и восемью черными лапами – это гигантский лось. Если весь он – Евразия, то его выпирающий позвоночник – Уральский хребет. Орочи верили, что половина народов живет по одну его сторону, а вторая – по другую. Китай находится у лося на голове. Рядом с лосем, у его лап, находится лось поменьше. Он олицетворяет подземный мир, куда уходят души умерших. Он не просто так похож на наш мир: мир мертвых – это зеркальное отражение нашего мира. Логика проста: в этом мире человек умер старым – там родился молодым. Поэтому, когда человека хоронили, вместе с ним специально клали сломанные вещи, чтобы там они служили ему новыми.
Отношения с соседями
Китайское присутствие носило в значительной степени «сезонный» характер. Их поселения были небольшими – всего несколько фанз. Люди приезжали на промысел: за дикоросами, пушниной, трепангом, а затем уходили обратно, часто на зиму.
Экономические связи при этом были постоянными. Китайские торговцы активно включались в обмен пушниной и другими ресурсами, а местные жители оказывались частью этой сети. Владимир Арсеньев в книге «Китайцы в Уссурийском крае» упоминает, что представители Поднебесной не только вели торговлю, но и создавали элементы инфраструктуры – например, небольшие школы для местного населения, где обучали базовой грамоте и счету.
Русские пришли сюда 350 лет назад за соболем, продвигались на восток и обосновались на реке Амур. Когда первые переселенцы – казаки – пошли вглубь Приморского края в начале XIX века, за счет того, что коренное население было малочисленным, контакты случались редко и не имели захватнического характера. У русских и коренных народностей просто не было столкновения интересов, налогом последних тоже не облагали.
«Агрессии во взаимодействии с русскими никогда не было. Они нанимали представителей коренных народов как проводников, развивали с ними торговые отношения. От переселенцев и исследователей удэгейцы, нанайцы и другие народы переняли много полезных предметов», – резюмирует Анна.
Уклад жизни коренных этносов Приморья поменялся только с приходом советской власти.
«Когда пришла советская власть, начали строить школы, коренных людей объединили в совхозы. У них было золотое правило: «Не бери больше, чем тебе необходимо, потому что, если ты выловишь много рыбы, на следующий год ее может и не быть». Поэтому концепция «пятилеток» могла быть им не сразу непонятна», – объясняет экскурсовод.
Перемены XX века заметно изменили привычный уклад жизни коренных народов, однако многие традиции, верования и ремесленные практики удалось сохранить. Сегодня познакомиться с этим наследием можно благодаря музейным собраниям, в которых собраны свидетельства повседневной жизни, духовной культуры и истории народов Приморья.
Выставка «Мир традиционной культуры коренных народов Приморья» проходит в главном корпусе музея истории Дальнего Востока имени В. К. Арсеньева по улице Светланской, 20. Она доступна как для самостоятельного посещения, так и для просмотра с экскурсоводом.
Стали свидетелем интересного события? Сообщите об этом нашим журналистам: vl@phkp.ru или +7 924 000-10-03 (Telegram, WhatsApp).
Подпишитесь на нас: Telegram; Одноклассники, MAX.
При использовании материалов издания ссылка на «КП – Владивосток» или «КП – Дальний Восток» обязательна.