На глубине метра он нашел сверток с кровью советского солдата: криминалист рассказал, как «оживает» история Великой Отечественной войны на Камчатке

Следователь Роман Бартель – неизменный участник экспедиций, которые восстанавливают детали истории Великой Отечественной войны. Фото: предоставлено «КП»

Старший следователь-криминалист следственного управления СК России по Камчатскому краю Роман Бартель – о том, как специальная и криминалистическая техника помогает оживлять истории Курильского десанта

Накануне Дня сотрудника органов следствия, который отмечается 25 июля, старший следователь-криминалист СУ СК России по Камчатскому краю Роман Бартель рассказал об участии в 26-й экспедиции на остров Шумшу. Во время Великой Отечественной войны взятие этого участка суши стало решающим событием в ходе проведения Курильской операции. Почему сотрудники Следственного комитета все чаще выезжают на места боев, гремевших много лет назад? Чем работа криминалиста в поисковом лагере отличается от городского расследования? Подробнее об этом – в материале ««Комсомольская правда»-Владивосток».

- Роман Викторович, поздравляем вас с наступающим праздником! Скажите, для вас участие в экспедиции на Шумшу – это часть служебного долга или личная инициатива?

«Спасибо за поздравления. На самом деле и то, и другое. В Следственном комитете давно уделяют внимание патриотической работе, и выезды криминалистов в места сражений стали доброй традицией. Но для меня лично это еще и возможность прикоснуться к истории, которую мы обязаны сохранить. Поэтому, когда поступило предложение, я согласился не раздумывая. И, знаете, это лучший способ провести рабочие будни не за столом с бумагами, а в поле с металлоискателем, магнитами и щупом, отдавая дань памяти и уважения тем, кто принимал участие в подвиге во имя Родины».

Возвращает стране ее историю. Фото: предоставлено «КП»

- Какая именно задача стояла перед вами?

«Если говорить официально, я обеспечивал поиск, обнаружение, профессиональную фиксацию и, по возможности, идентификацию исторических объектов с помощью криминалистического арсенала. Но, по сути, мы перевели железо, стекло, пластик и керамику, найденные глубоко под землей, в разряд документов. Гильза, каска, фляга, фрагмент оружия для обычного человека внешне - это металлолом. Для нас это в перспективе вещественное доказательство, которое может рассказать о том, кто этим пользовался, когда здесь был и при каких обстоятельствах. Моей задачей в ходе архивно-поисковой работы было применить методы, которыми мы пользуемся на осмотрах мест происшествий, чтобы извлечь максимум информации из каждой находки».

- Как это выглядит на практике? Работаете с лопатой или с микроскопом?

«Все вместе. Начинаем с металлоискателей и щупов, как и обычные поисковики. При поисковой работе в водной среде и на достаточных глубинах используются мощные магниты. Но когда предмет поднят, в дело вступает криминалистическая специфика. Мы используем химические составы для бережной очистки металла, источники криминалистического света, чтобы разглядеть в условиях контраста затертые следы, и, конечно, макроскопическую съемку с многократным увеличением. Используя современные методики, на найденных элементах боеприпасов и вооружения можно обнаружить клейма заводов-изготовителей, иногда даже год выпуска и номер партии. Это все стандартные криминалистические приемы, но в полевых условиях они требуют особой сноровки».

- Расскажите о самой яркой находке. Что вас поразило?

«Честно говоря, каждая находка здесь – как зашифрованное письмо. Но запомнились стволы от японских пулеметов, гранаты, патроны и взрыватели. Также мы обнаружили несколько личных вещей солдат. Можно отметить найденный мною на глубине около метра сверток лейкопластыря со следами сохранившейся внутри крови. Такие вещи нельзя просто положить в ящик. Мы делаем для них подробную фотофиксацию, привязку к местности, при необходимости составляем акты, чтобы музейные работники могли уже работать с полноценным историческим источником».

- Работа криминалиста обычно ассоциируется с преступлениями. Не возникает ли дискомфорта от того, что вы имеете дело с останками войны?

«Мы работаем с памятью, а не с ужасом. Да, на Шумшу до сих пор встречаются незахороненные останки красноармейцев и японских солдат. К примеру, в 2025 году на острове были найдены останки семи бойцов, которые принимали участие в Курильской десантной операции. Для нас это не просто костные фрагменты – это люди, которые уже не могут рассказать о себе. С помощью антропологических и судебно-медицинских методик мы пытаемся определить пол, возраст, рост, возможные травмы. При необходимости может быть установлен генетический профиль для возможной полной идентификации личности погибшего. Это очень волнительные моменты, когда понимаешь, что возвращаешь имя безымянному герою или хотя бы достойно провожаешь его».

- Вы передаете опыт молодым участникам экспедиций. Чему именно учите ребят?

«В первую очередь – навыкам документирования. Молодые поисковики часто увлекаются самим процессом раскопок, но теряют контекст. Я показывал, как правильно составлять полевую опись, как фотографировать находку с масштабной линейкой, как составлять схемы с отображением географических координат и сторон света. Без этого даже уникальный артефакт – просто вещь. Мы проводили мастер-классы с нашей криминалистической техникой: молодые участники экспедиции сами пробовали работать с щупом, металлоискателем, ультрафиолетом, проводить макросъемку».

Артефакты, обработанные Романом Бартелем, пополнили экспозицию музея воинской славы на Камчатке. Фото: предоставлено «КП»

- Чем подобные экспедиции важны для самого Следственного комитета? Ведь это не совсем профильная задача?

«Следственный комитет – это не только борьба с преступностью. У нас есть мощная ведомственная программа патриотического воспитания, в том числе ежегодно принимаем участие в такой акции, как «Вахта Памяти». Выезжая на такие места, мы не просто отдаем дань уважения. Мы наглядно показываем молодым сотрудникам и кадетам, что такое служение Родине в самом высоком смысле. Мы изучаем тактику, психологию людей, воевавших в экстремальных условиях. А ещё – мы возвращаем стране её историю. Все собранные материалы уже переданы в музеи и архивы. Это наш вклад в то, чтобы подвиг Курильского десанта не канул в Лету».

- Если бы вы могли пообщаться с ветеранами, которых уже нет с нами, что бы вы сказали?

«Я бы сказал им: «Спасибо! Ваш подвиг будет жить вечно, и мы приложим все усилия, чтобы страницы памяти о воинах тех времен наполнялись новыми фактами о героях, принимавших участие в Курильской десантной операции»».

ВМЕСТО ПОСЛЕСЛОВИЯ

Все артефакты, обработанные Романом Бартелем и его коллегами, уже пополнили экспозицию музея воинской славы на Камчатке. Полные отчеты экспедиции будут опубликованы в сборнике регионального отделения Российского военно-исторического общества.

Стали свидетелем интересного события? Сообщите об этом нашим журналистам: vl@phkp.ru или +7 924 000-10-03 (Telegram, WhatsApp).

Подпишитесь на нас: Telegram; Одноклассники, MAX.

При использовании материалов издания ссылка на «КП – Владивосток» или «КП – Дальний Восток» обязательна.