Премия Рунета-2020
Дальний Восток
+16°
Boom metrics
Общество4 июня 2013 6:33

Как я пытался стать монахом. Часть 2

Корреспондент «Комсомолки» прожил один день в православном монастыре на Русском острове
Источник:kp.ru
Наш корреспондент прожил один день в православном монастыре на Русском острове

Наш корреспондент прожил один день в православном монастыре на Русском острове

Продолжение. Начало в номере от 4 июня.

Монашеское меню

Рацион монахов обилен и при этом прост. Завтрак состоит из каши, на обед первое и второе. На ужин ничего особо не готовят, доедается то, что осталось.

Когда в монастыре гостил я, с утра на стол подавали гречку с подливой из фасоли, в обед кукурузную кашу и овощной салат. Мясо запрещено, поэтому в качестве альтернативы повара готовят рыбу. На столе всегда есть тарелочки с луком или головками чеснока. Летом монахи выращивают их сами, а когда не сезон, то закупают на рынках. В монастыре имеются собственные ульи, так что к чаю всегда есть мед и соты.

Готовят в монастыре на газовой плите. При этом огонь в ней разгорается от лучины, которую в свою очередь зажигают от церковной свечи во время утреннего молебна.

Храм при монастыре

Храм при монастыре

Емкость со святой водой

Емкость со святой водой

Экс-рокер

После того, как завтрак завершился, настоятель монастыря пригласил меня в библиотеку. Побеседовать.

Первое, о чем я спросил отца Климента не давало мне покоя с самого момента, когда я стал искать информацию о Свято-Серафимовской обители:

- Говорят, у вас звонарь некогда играл в рок-группе. Это правда?

- Не совсем. Теперь он уже стал настоятелем, - улыбается мой собеседник.

Выяснилось, что мой собеседник и есть небезызвестный Сергей Кривоносов, как звали отца Климента в миру. Его наверняка помнят все, кто во второй половине 90-х годов посещали концерты владивостокских рок-групп. Он играл в таких командах, как «Овод», «Мексиканские пчелки-убийцы», «Тандем», «Иван Панфиlove», проекте Cover Drom.

- 12 лет назад, когда мне было 26, я понял, что мне все это надоело и хочется чего-то большего, - объяснил причину своего ухода в монастырь отец Климент.

Несмотря на то, что настоятель давно распрощался с рок-н-рольным прошлым, музыка все равно живет в его сердце. Как уже писалось выше, отец Климент замечательно поет вместе со своими братьями во время молебнов.

- Монашеское пение пропитано теплом и любовью. Мы поем о том, чем живем, - говорит настоятель.

Уйдя из мира музыки, отец Климент тем не менее не стал ее противником. Сам он ее, конечно, практически не слушает, но к таким направлениям, как христианский рок, относится положительно.

- Эта музыка помогает молодежи прийти к церкви, - считает монах.

Отец Климент

Отец Климент

Монастырская иерархия

Дальше разговор зашел о быте монастыря и о тех людях, с которыми мне, пусть и недолгое время, придется жить и работать.

Трудники. Они не носят рясу и далеко не факт, что станут монахами. Затем идут послушники – они уже вроде как в «ордене», но могут уйти, если передумают. Одни становятся послушниками через несколько месяцев, другим требуются годы. К примеру, послушник Серафим получил «повышение» только после того, как пять лет отходил в трудниках. Все это время старшие братья считали, что духовно он был еще не готов.

На верху «пирамиды» стоят монахи, принявшие обет и посвятившие свою жизнь служению Богу.

Кстати, отца Климента и его братьев весьма забавляют рассуждения, когда мирские люди начинают осуждать монаха, который решил уйти из монастыря, но при этом спокойно относятся к тем, кто, обвенчавшись в церкви, подает на развод.

- Таинство венчания гораздо священней, чем монашеский обет. И нарушать его ни в коем случае нельзя, - объясняет отец настоятель.

Трудно с трудниками

Зачем человек идет в монастырь? Как оказалось, по многим причинам. Кто-то, хотя таких меньшинство, из-за сильной любви к Богу. Кому-то хочется отмолить свои грехи. Ну а некоторым просто некуда податься.

- Приходят грязные, спившиеся, без документов. Просят принять их. В основном всех берем, отказываем только тем, кто совсем перестал быть человеком, - рассказывает отец Климент.

Как рассказал мой собеседник, еще необходимо, чтобы количество трудников несильно пресыщало число монастырского костяка. В 90-е годы, когда в стране была разруха, опустившиеся бандюганы толпами хлынули в монастыри. И так как их в разы было больше, чем монахов, священные обители стали напоминать притоны, которые жили не по слову Божьему, а по уголовным понятиям.

Но и те, кто прошел «фэйс-контроль», не факт что останутся надолго. Одни не выдержат трудной работы, другие, отъевшись и приодевшись за счет монастыря, отправятся искать удачу в миру. А третьим гордыня не позволит оставаться:

- Он в той жизни был крупным бизнесменом. Начальником! Разорился, пришел к нам. А здесь им командует послушник, у которого восемь классов образования, - поделился отец Климент.

«Тяжело не верить людям»

Монастыри созданы, чтобы помогать людям. И монахи спокойно относятся к тем, кто пришел к ним не из любви к Богу, а только для того, чтобы получить от них какую-то поддержку. Но если только эти заблудшие овцы ведут себя хорошо и не пытаются обмануть тех, кто протягивает им руку помощи.

Часто приходят в монастырь аферисты, рассказывающие длинные трагические истории, которые все - как одна - заканчиваются просьбой дать кругленькую сумму денег. Взаймы, разумеется!

- Один утверждал, что он крещеный еврей. За то, что он обратился к Христу, еврейская мафия хочет его убить. И теперь ему нужны деньги на билет из страны, - смеется отец Климент.

Бывает, что деньги все же дают, а потом выясняется, что этот человек ходил по другим монастырям и церквям и, рассказывая разные истории, также клянчил матпомощь.

- Но бичом любого монастыря являются бывшие трудники, - с горечью говорит монах.

Кому-то монастырь помогает встать на ноги и осознать, какие ошибки он сделал в жизни. А кто-то, уйдя из обители, снова принимается пить и наркоманить. И когда у таких людей кончаются деньги, они частенько возвращаются туда, где совсем недавно им помогали.

- Несколько лет назад один трудник, знавший распорядок нашего монастыря и где у нас что находится, украл из иконной лавки все серебряные кресты и медальоны, - с горечью вспоминает настоятель.

Монастырь и мусульмане

Время, отведенное на беседу, закончилось, и я отправился погулять по территории монастыря.

Ощущения такие, будто идешь по какому-то старинному европейскому городку. Чисто, аккуратно, небольшие здания, украшенные барельефами и мозаикой, везде лавочки и клумбы. Диссонируют с общим пейзажем только скотный двор, расположенный в отдаленном конце, и стройплощадка трехэтажного дома прямо посредине монастыря.

Монахи объяснили, что стройка идет уже три года. Со временем здесь будет «братский дом»: кухня, столовая, кельи и библиотека. Все это сейчас находится в храме, который после постройки нового здания будут расширять.

Поначалу ничего удивительного я не углядел. Кто-то носит кирпичи, бригадир орет, узбеки-гастарбайтеры что-то пилят. Стоп! Узбеки? В православном монастыре? Бегу к отцу-настоятелю за комментариями.

- Как же так? Разве мусульмане могут строить здесь?

- А почему нет? – удивляется монах.

Оказывается, узбекская бригада давно работает на монастырь. Строили, отделывали, ремонтировали еще до того, как «братский дом» был в проекте. И монахи ими вполне довольны.

- Им сказали не курить и не пить в монастыре. Они выполняют. Делают все качественно и в срок, - рассказывает отец Климент.

Пробовали нанимать наших, православных. Но с ними хлопот полон рот: одни пьянствуют, другие воруют, третьи, не успев и гвоздя забить, требуют аванс. Так что деловые отношения с иноверцами выгодны и для кошелька, и для нервов. Тем более что к монахам они уже привыкли и, даже можно сказать, полюбили.

- На Пасху сделали мне открытку, на которой корявым русским было написано поздравление с воскрешением Христа, - улыбается настоятель.

Для строительства, по мнению православных монахов, дешевле и надежнее нанимать рабочих-мусульман

Для строительства, по мнению православных монахов, дешевле и надежнее нанимать рабочих-мусульман

Здание, над которым трудятся рабочие

Здание, над которым трудятся рабочие

Окончание читайте в номере за 6 июня.